У супругов Михаила Николаевича и Валентины Васильевны Черкановых из агрогородка Лобжа немало удивительных совпадений. Оба они — бывшие учителя Лобжанской средней школы, причем у каждого это первое место работы. Оба родом из села и единственные дети в семьях. А еще они отмечают день рождения в один день — 20 марта. Правда, юбилеи у них в разные годы. В нынешнем 80-летие отметила Валентина Васильевна, которая родилась в 1946 году (супруг родился в 1944-м).
Из деревни Селко
Валентина Васильевна родилась и выросла в деревне Селко Житковичского района Гомельской области. Отец Василий Трофимович Лагун и мать Анна Ивановна работали в колхозе в животноводстве: муж — скотником-пастухом, жена — дояркой.
— У нас в деревне было три улицы, четыре стада коров, — уточняет Валентина Васильевна. — Люди здесь жили трудолюбивые. Все старались держать много скота. Мы тоже обычно держали две коровы, подтелка, овец, свиноматку с поросятами, разную птицу — гусей, кур, уток…
Я хоть и небольшого роста, но поскольку в семье была одна, то и помощь родителями на меня одну ложилась. Я знала и умела делать всю сельскую работу. Жала серпом жито, что сеяли на своем участке. Потом мы вязали его в снопы. Снопы свозили в гумно. Там молотили цепами, зерно веяли от половы. Я и просо в ступе толкла, чтобы получить пшено (просо тоже на своем участке сеяли), и в колхозе брала лен, коноплю (конопли тогда сеяли много).
На сенокос ходили вместе, всей семьей. Я граблями орудовала ловко! Косили сено в разных места, иной раз и за несколько километров от дома, в урочище Мижилище. Мужчины с ночевкой туда ходили, чтоб косить с росою. Ночевали в шалашах — мастерили из веток. Ну и женщины потом уходили на день — туда-сюда не набегаешься, не близкий свет.
Местность у нас болотистая. Скошенную траву выносили на более высокие места, там и сушили. Сухое сено складывали в копны. А потом мы с папой возили его домой. Папа раскладывает воз на колёсах (так у нас называли конную телегу), а я топчу. Колёса были длинные. Воз получался большой, широкий и высокий. Сверху прижимали рублём (жердь такая). Рубель закреплялся веревками за колёса спереди и сзади.
Я, когда заканчивала топтать воз, там и оставалась, помогала крепить рубель, а потом на возу ехала домой. Тянула воз парка коней: один основной и один впристежку. У нас всегда на парке ездили.
Во-о-т. Еду, значит, на сене, а воз качается из стороны в сторону на колдобинах (а колдобины глу-у-бокие!), того и гляди опрокинется. Страшно.
А в дрова отец меня не брал. Жалел женщин. У нас олешнику много было (ольха любит низкие места), так он топором деревья рубил, сам же и сучья обрубал, и на воз грузил, и возил… Дома дрова резали сначала пилой-двуручкой (и я, конечно), а потом купили бензопилу. Я и колола дрова. Правда, папа нередко отстранял меня от этого дела, говорил: «У тебя одни трэски получаются». (Щепки, значит).
Хата у нас была большая. А стены мы обоями не клеили — они были оштукатурены, и мы их белили. И потолок тоже белили. Ох и трудная это была работа! Сначала мама потолок белила сама, а я — стены. Но когда я повзрослела, то уже и потолок белила. И так — каждый год.
В Селке были магазин, клуб, школа-четырехлетка. В среднюю школу дети ходили в соседние Люденевичи. Недалеко, километра за два с половиной. Это был центр большого колхоза. Там уже имелись четыре магазина, участковая больница, сельский Совет и клуб (потом построили Дом культуры), другие социальные объекты.
— В нашем клубе всегда собиралось много молодежи, — вспоминает юбиляр. — Приходили из соседних деревень. Даже из Люденевичей. Часто привозили кино, а в субботу и воскресенье — по вечерам танцы. Гармонисты были свои — три гармониста!
Жила наша семья хорошо, не бедно. И мясо было, и молоко. Масло со сметаны свое сбивали. А еще мама это масло да творог, сметану носила продавать на базар в Житковичи. Пешком. Четырнадцать километров туда и обратно. Ну, а оттуда чего-нибудь вкусненького принесет: халвы, конфет.
В пединститут за компанию
На вопрос, почему пошла в педагогический, Валентина Васильевна с улыбкой отвечает: «За компанию!»
— У меня была одноклассница. Мы с ней дружили с детства, и в школу вместе ходили (она как раз шла по нашей улице), — рассказывает ветеран. — У нее родители были учителя начальной школы, и старшая сестра работала учителем.
Я спросила у подруги: «Куда будешь поступать?» — «В Гомельский пединститут, на биофак!» — «Ну и я с тобой!».
Так мы вместе и поступили. Потом три года жили вместе на квартире. А на четвертом и пятом курсе нас заселили в общежитие. Училась я хорошо, сессии сдавала успешно, постоянно получала стипендию.
А потом подружка вышла замуж, еще когда училась в институте, и после окончания уехала работать по месту жительства мужа. А меня распределили в Климовичский район. Потом уже здесь, в районном отделе образования, направили учителем в Лобжанскую среднюю школу. Было это в 1968 году.
Учительница
Школа в Лобже была — четыре деревянных домика! Интерната в школе не было, столовой — тоже. Библиотекарь готовила на коридоре чай и на большой перемене раздавала его ученикам. Занимались в две смены. В классах было по тридцать и более учеников, а в некоторых параллелях и по два класса.
Молодую учительницу по традиции поселили жить у местной бабушки. Лобжанские парни просто увивались за приезжей девушкой. А она вскоре вышла замуж за своего коллегу, учителя трудов Михаила Николаевича Черканова, расписались в сельсовете. Он к этому времени уже отслужил в армии, окончил в Могилеве техникум и работал в школе. К тому же поступил в пединститут на заочное отделение на исторический факультет.
Жить стали у его матери в деревне Муравец. В школу ходили вдвоем километра за четыре. Потом купили мотоцикл. Там же, в Муравце, в феврале 1970-го родилась и дочь Галина.
— В Климовичи в больницу муж отвез меня на школьном коне на санях-возке. А после родов с недельной малышкой на санях же привез домой. Завернули мы дочку в ватное одеяльце, едем. Я просуну руку, пощупаю носик — тепленький! Так боялась заморозить дитя!
Потом купили небольшую хату в Подъелье (это рядом с Лобжей). И уже в своем доме, в январе 1972-го родился сын Сергей.
В 1974-м учебный год начался в новом здании школы — типовом, трехэтажном. Это было большой радостью для всех!
— Окна моего кабинета биологии и химии выходили в сторону нашего дома (он был через дорогу), — рассказывает Валентина Васильевна. — Садика в деревне не было. Детей оставляла обычно с какой-нибудь бабушкой (к нам они были очень добры, даже денег брать отказывались — говорили, что им и самим веселей). Когда подросли, оставляла детей одних. Только поглядывала в окна кабинета. Галя-то росла девочкой спокойной, а вот Сережка… У этого шило было в одном месте! Я всё боялась, чтобы пожар не устроили. Гляжу в окно, думаю: «Если замечу дым — побежим спасать детей!» (Сережа уже пытался разложить огонь на полу).
— Как учитель биологии я отвечала за школьный огород (опытный участок), — вспоминает ветеран. — Вместе с учениками копали грядки, сажали, пололи… Проводили эксперименты, а результаты заносились в журнал (например, на каком расстоянии нужно сажать то или иное растение, чтобы было оптимально для его роста).
Не обходилось без курьезов. Я всегда на экзаменах была в комиссии. И вот идет выпускной экзамен. А на практику пришли ученики. Я показала им грядку бураков: «Прополите всё, чтоб было чисто!» Окончился экзамен — иду принимать работу. Батюшки! Аж руками всплеснула: вот так пропололи — ни травы, ни бурачков! «Ну вы же нам сказали, чтобы грядки чистые были!» — дети невинно хлопают глазами.
Приносили потом молоденькие бурачки из дома, отсаживали грядку.
Были в школе и кролики — за них тоже отвечал учитель биологии. Кормили вместе с учениками. Супруг всегда был рядом и помогал жене, на пришкольном участке — в том числе.
Конечно, как и все Черкановы держали хозяйство, сами заготавливали дрова. Люди в деревне их уважали. Михаил Николаевич мастер на все руки. Мог и технику починить, и телевизор, и по электричеству, если что… Когда просили — никогда не отказывал.
В поездках выручал мотоцикл — после первого приобрели второй, с коляской. Потом Черкановы купили свою машину — «москвича». Собирали деньги: на одну зарплату жили, вторую откладывали на машину. За «москвичом» были затем две «Таврии» — Михаилу Николаевичу нравилась эта марка машин. Считал ее надежной и удобной в эксплуатации.
На «Таврии» потом встречал детей, когда те учились в Могилеве. Как и мать, оба окончили пединститут, но затем получили дополнительное образование. Сейчас дети живут в Могилеве, дочь работает бухгалтером в одной из фирм, сын — в автошколе.
Трое внуков у дедушки с бабушкой: у сына — двое сыновей, у дочери — дочка. Старший внук уже женился, да и младший живет в Минске.
На юбилей и дочь, и сын, конечно же, приехали в родной агрогородок и тепло поздравили маму с 80-летием. Прикатили из Минска внуки с большим букетом роз. Пришли в гости к юбиляру и бывшие коллеги Жанна Владимировна Новикова и Лариса Федоровна Чернякова. Много добрых слов и пожеланий было сказано в тот день.
