Нина Устиновна Агафонова более полусотни лет отработала в школе. Недавно она отмечала 90-летний юбилей.
Со значительным событием ветерана педагогического труда поздравили начальник отдела по образованию Климовичского райисполкома Петр Леонидович Шашков и председатель ветеранской организации работников образования и науки Татьяна Леонидовна Почечуева. Они пожелали юбиляру счастья, здоровья, активного долголетия.
Школа в землянке
Девочке Нине Стальмаковой 19 августа 1941 года должно было исполниться пять лет. Но за два месяца до дня ее рождения на Советский Союз обрушилась огромная беда: началась Великая Отечественная война.
В семье Устина Семеновича Стальмакова и его жены Пелагеи Ермолаевны было четверо детей. Мужа, как работника железной дороги, в первых рядах на фронт не призвали: у него была бронь. А потом просто не успели: враг приближался стремительно, и в начале августа 1941 года Климовичский район оказался под немецкой оккупацией.
До войны Стальмаковы жили в Звенчатке. А через этот населенный пункт шла прямая дорога на Москву, к которой так стремились гитлеровские полчища. Оставаться там взрослому и здоровому мужчине было небезопасно: мало ли что взбредет в голову фашистам? Решили перебраться в более тихое место — деревню Незнань, где жила родня жены.
И все же беда в дом пришла. Через год, 28 августа 1942 года, Пелагея решила навестить своих родственников, живших в Пеньковке. Немецкий офицер любезно согласился подвезти женщину: в ту сторону как раз шла машина. Сельчанка влезла в кузов, в котором сидели солдаты. Поехали. А вот и Пеньковка. Но машина не останавливается в деревне, а движется дальше. В панике женщина прыгает на ходу и… попадает под колеса автомобиля.
Так в одночасье четверо детей стали сиротами. Младшему, сыночку Саше, было всего два годика.
В таком горе Устина поддерживала вся родня. А спустя несколько месяцев он женился. Можно сказать, спасая односельчанку.
Начиная с зимы 1942 года, фашисты стали угонять молодежь на принудительные работы в Германию. Такая же участь грозила и местной девушке. Тогда Устин предложил ей стать его женой.
Замужняя женщина, да еще с четырьмя детьми… Немцы не решились угонять хозяйку большого дома. А случайный брак стал долговечным и продлился многие годы.
После освобождения района семья переехала на станцию Шестеровка. Жили тут же, на станции, в общежитии железнодорожников (а попросту — в бараках). Устин Семенович вновь пошел работать на железную дорогу.
Во время войны деревня Великий Мох что рядом со станцией, сгорела — отступая, ее сожгли фашисты. Люди жили в землянках. Но уже сразу после освобождения района начала действовать начальная школа. Для нее построили отдельную большую землянку. Вот так же, в землянке, начинала учиться и Нина Стальмакова.
— Освещались землянки светильниками, которые мастерили из гильз от патронов для крупнокалиберного пулемета. Партами служили длинные, от одной стены до другой, деревянные скамьи. Чернила делали из сока ягод крушины с добавлением сажи, — рассказала Нина Устиновна. — Через станцию Шестеровка проходили эшелоны с советскими войсками. Дети просили у солдат карандаши и перья. А ручки делали сами, привязывая перо к прутикам. «Тетрадями» служил картон от ящиков, которые тоже добывали у проезжавших в вагонах военнослужащих, а также газеты, на которых писали между строк. На следующий год школу разместили в бараке. Появились учебники — по одному на класс по каждому предмету. И все же это была школа! Дети учились! А в 1948 году состоялся первый послевоенный выпуск Великомохской начальной школы. Среди выпускников была и Стальмакова Нина.
В том же году в поселке построили кирпичное здание школы. Затем к нему пристраивались новые помещения. В 1951 году школа стала семилетней, а позже и средней.
Учительница
Нина после семилетки поступила в Кричевское педагогическое училище. В августе 1955 года девушка пошла уже на свои хлеба: молодой специалист была направлена на работу в школу в Журбинскую Буду (Костюковичский район), где учительствовала четыре года. В июле 1959 года она вернулась на малую родину, стала учителем Незнанской начальной школы.
К этому времени она уже вышла замуж (в апреле 1957 года) за Ивана Илларионовича Агафонова, родила первенца — сына Михаила (в 1958 году). С маленьким сыном семья в 1960 году уехала в Казахстан, так как муж завербовался на строительство Карагандинской ГРЭС.
Жили в поселке. Иван Илларионович работал на стройке, Нина Устиновна — учительницей в школе. В том же 1960-м у них родилась дочь Людмила. И вот тут-то начались проблемы: дочери не подошел местный климат. Агафоновы вернулись в Беларусь.
С 1964 года Нина Устиновна стала преподавать историю в Великомохской школе, вела также предметы «Этика и эстетика», обществоведение, была организатором внеклассной работы. С 1987 по 1992 год — заместитель директора по учебно-воспитательной работе. Она заочно окончила педагогический институт.
Ученики были просто влюблены в своего учителя. Нина Устиновна глубоко знала свой предмет, преподавала историю интересно, вела большую поисковую работу по сохранению памяти о героях Великой Отечественной войны. А бои в тех местах шли жестокие!
Продолжала Нина Устиновна работать, уже и будучи на пенсии, до 2007 года.
Два парторга
Иван Илларионович по приезде из Казахстана работал в Великом Мхе на торфопредприятии на торфодобывающей машине. С 1968 года — на железной дороге. Вначале был стрелочником, но затем сдал экзамены и его назначили дежурным по станции Шестеровка. Работа здесь была посменная. И это было удобно, так как семья к тому времени увеличилась: в 1971 году родился сын Валерий, в 1973-м — дочь Марина. Да еще и бабушка с ними жила.
В маленьком домике, где жили Агафоновы, стало тесно, и хозяин сделал к нему пристройку. Дом стал большим, просторным.
Оба супруга занимали активную гражданскую позицию, являлись членами КПСС и парторгами в своих организациях.
— В наш дом приходили две газеты «Правда». А когда в Климовичи на партсобрания вызывали парторгов, из родителей уезжал кто-то один: папа или мама. Тот, кто первым успевал убежать от хозяйства! — рассказывают дети.
Хозяйство у Агафоновых было, по тогдашним сельским меркам, обычное, полное: корова, свиньи, птица. Огород — возле дома и за поселком. Всё это нужно было досмотреть. На плечи хозяйки ложилось много забот: до школы успеть истопить печь, наготовить еды на семью и на животных, подоить корову, накормить скот, выправить детей в школу, собраться на работу самой.
— Мама всегда одевалась нарядно: красивое платье или блузка с юбкой, жакет… Она ведь была учителем, а значит, примером для других, для односельчан, — рассказывают дочери Людмила и Марина. — Невысокая, подвижная. Делала все быстро, но аккуратно. А с временем у нее всегда был цейтнот. Школа находилась недалеко. Мама выскакивала из дома незадолго до звонка. Бывало, добежит до соседнего дома: «Ой, на локте что-то!» — быстренько вытирает на ходу. А то: в домашних тапочках выбежала — вернулась!
Тогда в декретном отпуске по три года не сидели. Валера родился в июне — первого сентября мать вышла на работу, Марина родилась в мае — и опять первого сентября мама в школе.
Людмила вот уже около десяти лет большей частью живет в Великом Мхе, присматривает за матерью. Марина как раз приехала в отпуск на малую родину.
Дети у Ивана Илларионовича и Нины Устиновны замечательные. Людмила окончила школу с золотой медалью, затем — Могилевский технологический институт. Валерий и Марина — серебряные медалисты. Сын окончил Полтавское высшее военное училище, дочь — институт иностранных языков в Минске. Отлично учился и старший, Михаил, до медали не хватило совсем чуть-чуть. После школы он окончил Ленинградское высшее военно-морское училище.
В настоящее время все четверо живут в Витебске.
— Как же вам так удавалось: отлично учиться и помогать по хозяйству?
— В нашей школе были замечательные учителя, — говорят сестры. — Интересный досуг, проводилось много внеклас-сных мероприятий. Всегда были сильные ученики: мы участвовали в районных, областных предметных олимпиадах, завоевывали высокие места. Большое внимание уделялось спорту: в школе была футбольная, хоккейная команды, конькобежцы.
В Великомохскую школу ходили дети из окрестных деревень. Был интернат, в котором жили ученики из более дальних населенных пунктов.
Все дети успевали и хорошо учиться, и помогать родителям. Ведь это была сельская школа, у всех было хозяйство, огороды.
— Нам с Мишей, как старшим, работы доставалось больше, — рассказывает Людмила. — Мы с ним в садик не ходили, оставались с бабушкой Варварой Акимовной (папиной мамой). А вот Валера с Мариной ходили. Когда родителям было некогда, в садик младшеньких отводили старшие. Занимались ведь в школе в две смены.
— Что значит — быть детьми учителя? — задаю вопрос.
— Это непросто, — уверены сестры. — У мамы с нас был особый спрос. Ты должен быть примером для других и в учебе, и в поведении. И если вдруг что — родителей в школу вызывать не надо: мама всегда здесь (смеются). Да нас, в общем-то, и заставлять не надо было — нам самим было интересно учиться.
Нина Устиновна проделала большую работу по увековечению памяти школы и торфопредприятия. Она написала две фундаментальные работы: «Летопись Великомохской средней школы» и «Краткие сведения из истории поселка и торфозавода Великий Мох».
Какой это был неимоверный, кропотливый труд! Нина Устиновна записывала воспоминания старожилов поселка, изучала архивные данные.
— Писала мама свои труды по ночам, — вспоминает дочь Людмила. — У нас за печкой была перегородка. Бывало проснешься часа в три ночи — за перегородкой свет горит: мама пишет. А ведь ей с утра надо было вытопить печь, заняться хозяйством и пойти в школу на работу. Как она могла все это выдержать?
Нину Устиновну любили ученики, уважали в коллективе и в поселке. Этим уважением ветеран педагогического труда пользуется до сих пор.
